Чайка

Это не камерная пьеса. Совсем не простая.

Чехова надо слышать. Очень немногие режиссёры могут найти то существенное и трагическое, что скрыто в его, казалось бы, незначительных диалогах. Легко нивелировать эту «святую простоту» до уровня бытовщины.

Алексей Литвин сему не поддался и поставил достойно.

В нашем Русском театре, несмотря на систематическое и сомнительное теперь пристрастие к мюзиклам масштаба «веселись, душа, пей и ешь!..», идёт несколько добротных классических спектаклей. И «Чайка» – в их числе.

Впечатление огромно, первое время даже не хочется кидаться оценками типа «хорошо-плохо». Правда, первое действие катится немного вальяжно и скучно, что можно, в общем, списать на чеховскую манеру, не до конца прочувствованную режиссёром и актёрами. Зато во втором акте начинается настоящая драма, безжалостная раскадровка судеб и характеров. Актёры не просто вытягивают – они реально хорошо играют. Проживают.

Алёна Колесниченко меня радует, несмотря на периодические поигрывания «звезд во лбу» и бриллиантов от корон на голове. Финальная сцена, её монолог Заречной, сыграна просто ошеломляюще. Я всегда, читая «Чайку» и видя разных актрис в этой роли, думала: как сделать этот монолог так, чтоб было органично? чтоб не смотрелось натянуто и искусственно? Это очень сложная сцена, противоречивая, «внутривенная», настоящее испытание для актрисы. Ни один вариант меня не удовлетворял, пока в этой «Чайке» я впервые не увидела, как это нужно сыграть.

Заречная должна быть пьяной. Настолько ужасно пьяной, чтоб на душе стало жалко, жутко и отвратительно. Чтоб не восклицать: «Ах, она сошла с ума, какая досада...», а не узнать её – вообще не узнать! Чтобы контраст с Заречной из первого действия был несоизмеримый. И тогда момент, когда она скажет про развалюху Тригорина: «А я его… любила…» – будет просто прозрением! Серьёзно вдруг, трезво скажет… Колесниченко там наигрывает чуток с патетикой, но состояние передаёт очень точно – безнадёги такой, нищенской, проститутской грубости вперемешку с горечью несостоявшейся актрисы: «Я чайка…»

Всегда интересны работы Сергея Полякова – здесь он играет Треплева. Нервный, тонкий нигилист-идеалист, который под давлением обстоятельств не выдерживает и оканчивает жизнь самоубийством. В «Чайке» вообще мало кому хорошо живётся. Почему – в этом-то и главный вопрос Чехова.

Хорошо, что худрук Русского театра приглашает таких режиссёров, как Алексей Литвин, Алексей Гирба и Сергей Голомазов. Это «святая московская троица» нашего театра. Их спектакли невольно выделяются в репертуаре, стоят уровнем выше. Надеюсь, что на них дело не остановится.

В конце февраля будет премьера «Пиковой дамы» в постановке Алексея Гирбы. Не боюсь порекомендовать сходить. Равно как и на «Чайку».

Мария ХОМУТОВА.